Мнение директора Института глобальных стратегий (ИГЛС) о встрече Ющенко и Тимошенко с Меркель, о результатах визита канцлера Германии в Украину, а также о получения Украиной ПДЧ и вступлении в НАТО.  

Вадим Юрьевич, как бы вы могли охарактеризовать вчерашнюю встречу Ангелы Меркель с украинской элитой? Принесла ли она пользу? Как она повлияла на отношения Украины и Германии? 

Встреча была продуктивной для обеих сторон, а именно – для высокого гостя и Президента с Премьером. Такие встречи необходимы, так как чем чаще украинская элита контактирует с элитой европейского топ-уровня, тем лучше для украинской элиты, как и для страны в целом, поскольку такие встречи несколько дисциплинируют украинскую элиту в ее внутриусобных войнах, политических дерби и прочих внутриэлитных проявлениях дарвинизма. 

Если говорить о влиянии на отношения между Украиной и Германией, то, конечно же, такой контакт и такой визит способствует улучшению атмосферы доверия, способствует лучшему пониманию сторон интересов друг друга как по отношению к друг другу, так и в более широком контексте – в европейской безопасности, евроатлантической безопасности и в отношениях между Украиной и ЕС, и, конечно же, в контексте российско-европейских отношений и отношений Украины и России. 

Если говорить о конкретных результатах визита, то, безусловно, не стоило ожидать от него подписания каких-то документов, тем более, судьбоносных. Это рабочий визит по сокращенной программе, и его задача состояла не в том, чтобы выйти на подписание каких-то долговременных соглашений и договоров или прочих деклараций с меморандумами. Задача для Меркель состояла в том, чтобы осуществить визит вежливости, переговорить с украинскими топ-политиками и попытаться их убедить в том, что главное сейчас – не форсировать вступление в НАТО, а сосредоточиться на более конкретных и прагматичных дипломатических треках, как подготовка нового усиленного соглашения между Украиной и ЕС.

Если говорить языком не дипломатии, а политического подтекста, задача Меркель состояла в том, чтобы в какой-то степени убедить украинское руководство и, прежде всего, украинского Президента, что квалификация Украины по новому соглашению с ЕС как ассоцианта, как договор, который предполагает ассоциацию Украины с ЕС – это та синица, которая может удовлетворить украинское руководство, в сравнении с журавлем ПДЧ в декабре 2008 года.

Скорее всего, Меркель попыталась убедить, что вряд ли Украина получит ПДЧ на министерском саммите стран-членов НАТО в декабре 2008 года, и эту перспективу лучше перенести на 2009 год, а, возможно, и на период после президентских выборов. Главное сейчас – это усиленное соглашение с ЕС. В этом и заключалась микромиссия этого визита, и это основной ее результат. Впервые со стороны высшего руководства Германии и страны, которая является локомотивом, мотором и ведущим агентством европейской интеграции, Украина услышала, что она может получить по усиленному соглашению в 2008 году квалификацию страны-ассоцианта с ЕС. Это главный итог визита и в какой-то степени главный итог усиления украинской дипломатии на европейском и немецком направлении.     

Почему Янукович не захотел встретиться с Меркель?

Я думаю, что причина просто в краткости визита. К тому же, сейчас Янукович все-таки будет встречаться с Меркель, но, наверное, ему готовят собственный визит в Германию, как лидера оппозиции, а также по всем европейским странам в преддверии президентских выборов. Ни Меркель, ни Янукович не знают друг друга, и очередной обмен вежливостями вряд ли является необходимым, тем более, вряд ли стоит траты времени.

Когда Украина действительно станет членом НАТО?

Задача фрау канцлер заключалась в том, чтобы сказать, что вопрос вступления Украины в НАТО – это вопрос не времени, а вопрос принципа. Принципиальное согласие на вступление Украины в НАТО было дано на Бухарестском саммите НАТО в апреле 2008 года. Теперь главное – сосредоточиться на прагматичных вещах и не форсировать события, выстроить правильную дорожную карту и действовать. Тут вопрос не сроков, а действий. Нужно действовать, нужно иметь четкие ориентиры этого движения, этой работы, а сроки придут сами собой, как результат усилий украинской дипломатии и элиты, если они заинтересованы во вступлении в НАТО. Конечно же, тут важен всенародный референдум, который протестирует готовность Украины на вступление в Североатлантический альянс.

К тому времени, когда мы будем готовы вступить в НАТО, не появится ли альтернативная организация?  

Нет, альтернативы нет. ООН имеет другие функции и там свои проблемы, а организации по безопасности в евроатлантическом регионе, альтернативной НАТО, сегодня нет. Возможно усиление европейской координаты НАТО, возможно усиление евроатлантической безопасности, но в рамках НАТО, а не вне НАТО.

По вашему мнению, НАТО будет ближайшие 20 лет главной оборонной организацией?

Безусловно, учитывая то, что НАТО сегодня – не столько оборонный союз, и проблема НАТО – это не столько проблема защиты от тех или иных угроз. В большей степени проблема будет рельефно проявляться при формировании нового мирового порядка и новых геополитических и геостратегических конфигураций в мире, поэтому НАТО сегодня выходит за рамки североталантического региона и становится организацией, которая все больше сферу ответственности переносит на другие регионы мира, проецируя влияние и военно-стратегические возможности. НАТО – это не блок сегодня, а организация, которая занимает ключевую роль в формировании нового мирового порядка.