Кризисная ситуация, сложившаяся вокруг Южной Осетии, практически не имеет аналогов в истории «холодной войны», хотя и является ее историческим продолжением.

Чтобы понять это, необходимо внимательно взглянуть на развитие событий за истекшее десятилетие, постаравшись при этом не слишком увлекаться поиском виноватых, а как бы сложить вместе пазл, состоящий из ряда взаимосвязанных решений, принятых разными людьми. Почти все они были вполне обоснованными, но лишь в краткосрочном периоде; теперь же стало ясно, что все вместе они стали причиной роста непонимания между Вашингтоном и Москвой.

За годы, прошедшие между нападением на Косово 1999 года и нападением на Грузию 2008 года, произошел ряд случаев непонимания, а также отказа уважать национальные интересы партнера, что привело к политическому разладу, который усугубился диаметрально противоположным освещением происходящего в средствах массовой информации обеих стран.

После разрушения берлинской стены между Москвой и Вашингтоном был установлен консенсус, заключавшийся в том, что ни под каким видом нельзя допускать пересмотра исторически сложившихся государственных границ в Европе.

В России было принято ругать администрацию президента Клинтона за принятое им решение о расширении НАТО за счет ряда стран, недавно получивших независимость, однако его политика не привела к кризису, так как Запад учел щепетильность России в вопросе предоставления членства в НАТО Украине и Грузии.

Россия активно сотрудничала с НАТО в процессе расчленения бывшей Югославии. Только в 1998 году, когда резко ухудшилась ситуация в Косово, между Россией и НАТО начались серьезные разногласия по балканскому вопросу.

В некотором смысле случившееся было неизбежным, ибо Слободан Милошевич не собирался возвращать отобранное им у Косово в 1989 году право на самоуправление. Американцы ужесточили свою позицию, а Россия, предвидя возможное вмешательство НАТО и отделение Косово от Сербии, заняла позицию, отличную от позиции Запада.

Несмотря на долгую историю сотрудничества и существующее взаимное уважение между двумя странами, президент Джордж Буш-младший (George W. Bush) и вице-президент Дик Чейни ( Dick Cheney) давно намеревались предоставить Грузии членство в НАТО, не принимая в расчет того, что, согласно уставу НАТО, военные силы альянса будут обязаны прийти на защиту Грузии в случае возникновения конфликта.

Все стороны осознавали, что президент Грузии Михаил Саакашвили в любой момент может решить «восстановить конституционный порядок» в отколовшейся республике Южная Осетия (в конечном итоге это и произошло). Если бы на момент 7 августа, когда Грузия нанесла ракетно-танковый удар по Южной Осетии, она уже была членом НАТО, а альянс не отреагировал бы на ответный удар России, его репутация понесла бы сокрушительные потери.

Президент Николя Саркози (Nicolas Sarcozy) был совершенно прав, когда не включил в проект соглашения о прекращении огня пункт о восстановлении территориальной целостности Грузии силами НАТО или ЕС.

В демократических странах Запада ни политики, ни журналисты ни слова не говорят о военной атаке, совершенной Грузией, подчеркивая лишь факт нападения России. Тот, кто возьмется проводить аналогии между событиями вокруг Южной Осетии и военными действиями Советского Союза в отношении Венгрии в 1956 году или Чехословакии в 1968 году, лишь уличает себя в незнании истории и некомпетентности как политика.

Есть веские причины, из-за которых членство в НАТО нельзя раздавать всем желающим. В первую очередь необходимо, чтобы страна-кандидат доказала свою демократичность, стабилизировала свой внешнеполитический курс и привела его в соответствие с внешней политикой остальных членов альянса. Также необходимо во всех возможных случаях улаживать территориальные споры с соседними государствами.

В первые несколько лет все понимали, что перед вступлением в НАТО Грузии и Украине необходимо будет вступить в Евросоюз. Главный урок, извлеченный из грузинской войны, должен быть таким: и Грузии, и Украине необходимо ускоренными темпами готовиться к вступлению в ЕС, но не пытаться вступить в НАТО до тех пор, пока не будут решены территориальные споры.

Кроме того, необходимо остро поставить вопрос о членстве Турции в Евросоюзе. Турция — единственная страна, способная помочь ЕС в деле диверсификации источников нефти и газа. Существует принципиальная возможность (и необходимость) протянуть по всей территории Турции трубопровод, по которому в Европу будет поставляться нефть и газ, причем не только из прикаспийского региона, но и (в дальнейшем) из Ирака и Ирана.

Турция должна сотрудничать со странами Евросоюза в вопросах энергетики. Когда возражения, выдвигаемые Францией и, в меньшей степени, Германией, будут сняты и когда будет выработан надежный поэтапный интеграционный план, Турция будет гораздо более активно сотрудничать по данному проекту.

Данное предложение не является антироссийским. Диверсификация энергетической отрасли для России — такое же жизненно важное мероприятие, как и для стран Евросоюза. России нужна диверсификация рынков, Европе — диверсификация источников поставок.

В настоящий момент Россия строит нефтепровод на Дальнем Востоке, в чем ей очень существенную финансовую помощь оказывает Япония. Планируется также строительство газопровода. Китай между тем взял с России обязательство построить еще один нефтепровод — на свою территорию. Наконец, Россия собирается заняться поставками сжиженного природного газа.

Москве, Вашингтону и Брюсселю предстоит трудная дипломатическая схватка вокруг Южной Осетии и Абхазии. Вероятно, первый раунд придется отложить до тех пор, пока не будет избран новый президент Соединенных Штатов Америки. Участники схватки будут руководствоваться принципами realpolitik, ибо Вашингтону и Москве придется прекратить поток взаимных обвинений и признать, что исключительные (хотя и разные по сути) обстоятельства вынудили их совершить нападения на Сербию и Грузию без санкции ООН.

Решить все эти вопросы будет нелегко, однако в интересах всего мира решить в течение 2009 года.

Newsland